Тимофей мозгов

Химические цепочки

Все чувства и эмоции, которые испытывают люди, возникают путем химических изменений в головном мозге. Прилив радости, который человек ощущает после получения положительной оценки, выигрыша в лотерею или при встрече с любимым, происходит вследствие сложных химических процессов в головном мозге. Мы можем испытывать огромное количество эмоций, например таких, как печаль, горе, тревога, страх, изумление, отвращение, экстаз, умиление. Если мозг дает телу команду на осуществление какого-либо действия, например, сесть, повернуться или бежать, это также обусловлено химическими процессами. «Химический язык» нашей нервной системы состоит из отдельных «слов», роль которых исполняют нейромедиаторы (их еще называют нейротрансмиттерами).

Миллиарды нейронов мозга общаются, передавая друг другу сигналы через крошечные зазоры между ними. Эти зазоры называются нервными синапсами. Когда один нейрон получает информацию, он посылает в синапс химический сигнал в виде молекул нейромедиатора. Нейромедиатор преодолевает пространство синапса, направляясь к следующему нейрону, где он присоединяется — как лодка к причалу — к специально предназначенному для его «швартовки» на поверхности нейрона месту, которое называется химическим рецептором. Химическая молекула нейромедиатора будет принята только тем рецептором, который предназначен специально для нее. Это своего рода система «ключ и замок», где каждый ключ подходит только к своему замку. После того, как молекула нейромедиатора соединилась с рецептором на поверхности нового нейрона, этот нейрон получает сигнал либо к действию — и тогда начинает передавать сигналы другим нервным клеткам, — либо к остановке передачи тех или иных сигналов.

Таким образом, нейротрансмиттер — это химическое вещество, молекулы которого позволяют клеткам мозга общаться друг с другом, и засчет этого функционировать должным образом. Другими словами, медиаторы передают (переносят) химические сообщения от одних нейронов к другим.

Любой нейрон может получать большое количество химических сообщений, как положительных, так и отрицательных («работай» или «стоп»), от других нейронов, которые его окружают. Эти сообщения могут конкурировать или «сотрудничать», между собой, заставляя нейрон отвечать специфическим образом. Поскольку все эти события происходят в течение очень короткого времени (считаные доли секунды), очевидно, что медиатор должен быть удален из синаптического пространства очень быстро, чтобы те же самые рецепторы могли работать снова и снова. И это удаление может происходить тремя способами. Молекулы нейромедиатора могут быть захвачены назад в то нервное окончание, из которого они были выделены, и этот процесс получил название «обратный захват» («reuptake»); нейромедиатор может быть разрушен специфическими ферментами, находящимися в готовности недалеко от рецепторов на поверхности нейрона; или активное вещество может просто рассеяться в окружающую область мозга, и быть разрушено там.

Карьера в «Денвер Наггетс»

В феврале 2011 года Тимофей был продан в «Денвер Наггетс». В итоге россиянин играл за клуб до 2014 года. За этот период времени Мозгов записал свои карьерные максимумы в очках и подборах: 23 и 29, соответственно, в матче против «Голден Стейт Уорриорз» (победа 100-99).

7 января 2015 года Тимофей Мозгов был куплен клубом «Кливленд Кавальерс» Здесь россиянин быстро адаптировался и занял место в основе на позиции центрового. В течение сезона Мозгов демонстрировал великолепные результаты, он постоянно совершал большое количество полезных действий и помогал команде достичь нужных очков. 4 июня 2015 года он стал первым россиянином в финале НБА, тогда «кавалеры» проиграли команде «Голден Стэйт».

В преддверии следующего сезона руководство «Кавалеров» воспользовалось опцией продления контракта Мозгова еще на один сезон, за что заплатили почти 5 миллионов долларов. В 2016 году команда снова вышла в финал Национальной баскетбольной ассоциации, где их снова поджидали «Голден Стэйт». На это раз удача была на стороне Тимофея Мозгова и «кавалеров» — победа 4:3 по сумме семи встреч.

биография

Размах 2,16  метра , он играл за БК «Химки» (2006-2010) до подписания контракта в 2010 году с « Нью-Йорк Никс» в НБА после того, как не был выбран в 2008 году .

В 2011 году он присоединился к Denver Nuggets в рамках торговли Кармело Энтони .

Мозгов является членом сборной России и принимал участие в чемпионатах Европы по баскетболу 2009 и 2011 годов , а также в чемпионате мира по баскетболу среди мужчин 2010 года .

В 7 января 2015 г.Он был отправлен в Кливленд Кавальерс в обмен на два выбора драфта в первом раунде из-за отсутствия основных Кавальерс из-за травмы Андерсона Вареджао .

В июль 2016, он подписался на « Лос-Анджелес Лейкерс» на 4 года и получил 64 миллиона долларов.

В 22 июня 2017 г.Его обменяли, он и Д’Анджело Рассел , Brooklyn Nets .

В 20 июня 2018 г.Его обменяли на Шарлотт Хорнетс против Дуайта Ховарда . Затем снова торгуют на7 июля 2018 г., в Magic of Orlando .

В 7 июля 2019 г.,, он отрезан Орландо Мэджик, не сыграв ни малейшей минуты с франшизой.

В июль 2019, он вернулся в Европу, а точнее в свой клуб БК «Химки Москва», с которым подписал односезонный контракт. Он не играет никаких матчей.

В апреле 2021 года Мозгов снова встретится с московскими Химками.

Претензии обоснованные, но неуместные

Окружение центрового склонно винить в сложившейся ситуации Аткинсона. Например, агент россиянина Максим Шарифьянов уже не единожды с начала сезона давал комментарии в духе «все решения по составу принимает тренер, а значит, и вопросы об игровом времени Тимофея (вернее, его отсутствии) следует задавать именно ему».

В этом есть своя логика: сомнительно, чтобы такой дисциплинированный баскетболист, как Мозгов, мог настроить представителей тренерского штаба против себя, скажем, нежеланием выкладываться на тренировках. Но прежде чем делать далеко идущие выводы, нужно понять, в какой организации работает Кенни — ведь если детально разобрать его решения, поводов для критики станет значительно меньше.

Дело в том, что в текущем сезоне у «Бруклина» нет никаких турнирных задач. Команда что с Мозговым, что без него недостаточно сильна, чтобы сражаться даже за место в плей-офф. Но и борьбу за высокий выбор на следующем драфте она тоже не ведёт, поскольку обменяла свой пик ещё в 2013 году в сделке с «Бостоном» с участием Пола Пирса и Кевина Гарнетта. То есть итоговый результат в клубе никого не волнует, и за него с Аткинсона почти наверняка не спросят. Разве что он будет совсем уж неприлично плохим.

Всё, что интересует «Нетс» на сегодня, — это манипуляции с игроками и другими активами, которые со временем должны позволить клубу встать на ноги после нескольких лет неудачного правления Билли Кинга, пожертвовавшего будущим организации ради осуществления мечты Михаила Прохорова о чемпионском кубке. Поэтому-то главный тренер и занимается бессмысленными, на первый взгляд, вещами. Сознательно увеличивая игровое время и функции Букера, Аткинсон помог менеджменту поднять его трансферную стоимость и выгодно обменять в «Сиксерс», который отчаянно стремится ворваться в кубковую восьмёрку.

С той же целью специалист изо всех сил старается возродить из пепла некогда очень сильного форварда оборонительного плана Демарре Кэрролла — за игрока его формации некоторые претенденты на титул будут готовы многое отдать. И конечно, он при первой же возможности проверяет на прочность молодых исполнителей: тот же Аллен, вопреки ожиданиям, уже в своём дебютном сезоне приносит «Бруклину» определённую пользу.

Мозгов в подобную политику не вписывается. Во-первых, потому, что в современной НБА, где ключом к победам являются скорость принятия решений, универсализм и трёхочковый бросок, сильные стороны центрового уже не нивелируют его явных недостатков. Во-вторых, даже если Тимофей внезапно начнёт играть по полчаса и демонстрировать лучший баскетбол в своей жизни, за него всё равно не получится выторговать что-нибудь стоящее. Препятствием станут условия его контракта — непомерные для лидеров лиги, которые и без россиянина превышают существующий потолок зарплат.

Алгоритмичен ли наш мозг?

Вот мы и докопались до сути вопроса: мозг не работает дискретными шагами. Мозг — это система динамических непрекращающихся процессов. Белковые молекулы внутри нейрона постоянно гоняют туда-сюда ионы калия и натрия, а сам нейрон работает как заряженный конденсатор.

Ничего пошагового в таких процессах нет: электрические разряды и передача сигналов возникают не в отдельный момент времени.

Не так быстро, друзья. Конечно, во многих аспектах мозг работает не как машина Тьюринга: у него нет бесконечного рулона бумаги и неограниченного времени для вычислений. Ну так и у электронного компьютера тоже нет. Даже пока вы ждете загрузки системных обновлений.

Но гипотеза, что мозг работает подобно компьютеру, ставит перед нами интересные вопросы. Например, может ли передача сигнала между нейронами быть в чем-то схожа с алгоритмом? Или можно ли описать процессы в мозге с помощью алгоритма?

Нет, наша голова не работает по алгоритмам

Вроде бы набрали много свидетельств алгоритмической работы нашего мозга.

Влиятельный исследователь Дэвид Марр ставит вопрос так: ищем алгоритмы, а потом ищем часть мозга, которая запускает их. Но есть и те, кто задает вопрос иначе: если не алгоритмы, то что?

На него тоже есть ответ. Нам известно огромное количество действий, которыми мозг управляет без алгоритмов. Мы ходим, бегаем и ползаем, не вовлекая алгоритмической деятельности. При этих повторяющихся сокращениях разных групп мышц регистрируются такие же повторяющиеся всплески активности целых групп взаимосвязанных нейронов — они самостоятельно управляют движениями мышц.

Подобные нейронные цепочки возникают в мозге каждый раз, когда в теле происходят ритмичные процессы (хотя работой сердца управляет собственная фиксированная цепочка) — когда мы жуем, плаваем, дышим.

А что с единичными движениями? Например, когда мы поднимаем руку, чтобы взять стакан. Движение не повторяющееся, но и алгоритмов для его выполнения не требуется. При таких движениях происходит серия быстрой смены активности в нейронах зоны моторной коры, ответственной за руку. Они передают сигнал спинному мозгу, который передает его мышцам. Что здесь за алгоритм?

Вообще-то, даже сложные процессы могут обойтись простой динамикой.

Вот механическое решение для работы памяти. Нам уже несколько десятилетий известно, что простое воспоминание может сохраняться и воспроизводиться активностью простой цепочки нейронов в ответ на определенные вводные данные. С их помощью запах поджаренного хлеба может вызывать в нас сложное воспоминание о визите к бабушке в далеком детстве.

А вот механическое решение для формирования прогноза. Наш мозг часто занимается прогнозированием. В этом процессе вознаграждение достаточно неопределенно: сдав отчеты вовремя, вы можете получить повышение, а можете и не получить.

Есть механическое решение для почти любой задачи, связанной с вводными данными. Например, машины с неустойчивым состоянием (особый вид нейросети) представляют собой группу смоделированных нейронов, связанных между собой случайным образом и беспрерывно посылающих друг другу импульсы.

Кроме того, нейроны в этой модели разделяются на возбуждающие и тормозящие (последние не дают первым провести сигнал). Это важный момент, поскольку итоговая нейросеть работает в должной степени беспорядочно, а значит, самое легкое изменение во вводных данных вызовет абсолютно иную активность. По большому счету это означает, что любые вводные данные могут вызвать любую операцию.

Влиятельный физик и математик Роджер Пенроуз посвятил две увесистые книги размышлениям о том, что мозг — это не компьютер. Но каким-то образом от этого простого утверждения он перешел к мысли о существовании квантового сознания, не допустив золотой середины. Ведь все может быть гораздо проще: мозг постоянно находится в движении, которое может подчиняться алгоритмам, а может и не подчиняться.

Ни одно исследование не сможет доказать, что вот эта определенная часть мозга работает по алгоритму Х. В науке так не бывает. Подтверждениями гипотезы служат многочисленные работы со всего мира, собираемые по крупицам. Так что точного ответа мы пока не знаем.

Считаю ли я мозг компьютером? Нет. Я готов оказаться неправым. Более того, я написал множество статей о том, как мозг реализует алгоритмы. Так что, как видите, я спокойно могу придерживаться двух точек зрения одновременно.

Да, наша голова работает по алгоритмам

Есть только два способа проверить версию об алгоритмичности нашего мозга. Первый: мы предполагаем, по какому алгоритму действуют животные, а потом проверяем, соответствует ли активность нейронов предложенному алгоритму. Второй: мы измеряем активность нейронов во время поведенческого действия, а затем смотрим, какой алгоритм может соответствовать этому действию.

Наука пробовала и тот, и другой подход. Давайте начнем с того, который сперва изучает поведение. Мы уже достаточно много знаем о поведении животных (к миру которых и сами принадлежим).

Один из самых популярных выглядит так: мы показываем людям набор хаотично двигающихся точек, однако среди этих точек есть несколько таких, которые передвигаются в одном и том же направлении (влево или вправо). Далее мы просим участников эксперимента найти эти точки и сказать, в каком направлении они двигаются. Участник смотрит на экран, наблюдает за точками, а потом выдает ответ.

Небольшие изменения условий в таких заданиях позволяет выявить уникальные модели поведенческих реакций и возникновения ошибок. К примеру, количество ошибок возрастает обратно пропорционально количеству точек, двигающихся в одном направлении: чем меньше точек, тем больше ошибок. Это очень простая математическая модель, в которой для решения задания нужно, во-первых, определить наличие одинакового направления, а затем определить само направление (где одно направление противоречит другому). Это типичный алгоритм принятия решений.

Ну что ж, раз мы пришли к алгоритму, влияющему на поведение, самое время определить, что же происходит в мозге во время принятия решения.

В научно-исследовательской лаборатории Майкла Шадлена показали, что каждый скачок активности точно соответствует шагам алгоритма принятия решений, то есть активность нейронов повторяет алгоритм, с которым мы столкнулись при наблюдении за поведением.

Есть и примеры экспериментов, которые идут от обратного: сначала изучение нейронной активности, а затем — подбор алгоритма, который ей соответствует. Самый известный — дофаминовая теория получения вознаграждения. Автор теории, профессор Вольфрам Шульц, продемонстрировал, как вырабатывается дофамин в ответ на поощрение. Ученый зарегистрировал несколько потрясающих наблюдений.

На основе экспериментальных данных Шульца две независимые группы ученых (Рид Монтаг и Петер Даян и Джим Хук и Анди Барто) предположили, что нейроны при выработке дофамина используют алгоритмы теории обучения с подкреплением.

Алгоритмы этой теории работают так: есть несколько вариантов действий. Решение принимается на основе предполагаемых последствий от выбора того или иного действия. После принятия решения вычисляется разница между предполагаемыми последствиями и реальным исходом. Если последствия соответствовали предполагаемым, ошибки не было, значит, поведение не нуждается в корректировке. Если исход получился лучше предполагаемого (позитивная ошибка), ценность этого варианта возрастает. Если исход получился хуже предполагаемого (негативная ошибка), ценность варианта падает. Такое подкрепление создает канал обратной связи с окружающим миром и приводит к дальнейшим изменениям в поведении.

Дефицит доверия

Первые встречи текущего регулярного чемпионата НБА Мозгов начинал в стартовом составе. Но уже тогда было заметно, что тренерский штаб «Бруклина» во главе с Кенни Аткинсоном предпочитает россиянину чуть ли не всех подряд — подписанного по остаточному принципу незадолго до открытия тренировочного лагеря Тайлера Зеллера, номинального тяжёлого форварда Тревора Букера, 19-летнего новичка лиги Джарретта Аллена. Грядущее снижение роли Тимофея в командных схемах просматривалось практически сразу.

Не пошёл на пользу центровому и сентябрьский чемпионат Европы. После затяжного трёхнедельного марафона с национальной сборной все российские баскетболисты вернулись в свои клубы в далёкой от совершенства форме, и центровой не стал исключением. Но НБА — не клубы Единой лиги ВТБ с её лимитом на легионеров, готовые подождать месяц-полтора, пока игроки с отечественным паспортом придут в себя, восстановят силы и вновь заблистают на площадках. «Нетс» должны были жить дальше независимо от кондиций Мозгова, а желающих воспользоваться благоприятным моментом и отобрать у россиянина соревновательные минуты внезапно оказалось слишком много.

К середине ноября Мозгов даже перестал попадать в ротацию. За последний месяц центровой лишь трижды проводил на паркете более 10 минут: в безнадёжно проигранных матчах с «Хьюстоном» и «Торонто», а также матче с «Мемфисом», по ходу которого травму получил очень важный в построениях «Бруклина» универсальный форвард Рондэй Холлис-Джефферсон. Тимофей неплохо пользовался немногочисленными шансами, добивался сравнительно неплохой статистики, но затем снова оказывался на скамейке и мог не подниматься с неё в течение нескольких встреч.

На статус Мозгова в коллективе не повлияли ни травмы конкурентов (а лазарет у «Нетс» не пустует с самого начала сезона), ни обмен Букера в «Филадельфию».

Всё это говорит о том, что россиянин в планы Аткинсона не вписывается. То ли в силу возраста — центровой значительно старше большинства своих партнёров по команде, и к тому моменту, когда они выйдут на пик карьеры, уже, скорее всего, покинет НБА, — то ли из-за посредственной игры в нападении. Ведь ни для кого не секрет, что Тимофей не обладает поставленным броском хотя бы со средней дистанции и частенько не может выловить даже довольно простые передачи при пик-н-роллах.

С ним любая команда атакует как бы в меньшинстве, и уже много лет ни одному специалисту, даже самому именитому и титулованному, не удаётся решить эту проблему в полной мере.

Что будет дальше?

Совершенно очевидно, что в ближайшее время Аткинсон своего отношения к Тимофею не пересмотрит. Тем более что генеральный менеджер «Нетс» Шон Маркс подбросил тренеру новую задачку. У  «Филадельфии» выменяли Джалила Окафора — 22-летнего центрового со специфическим набором навыков. Его реальный потенциал и способность провести успешную карьеру в НБА клубу необходимо оценить за ближайшие полгода. Как только третий номер драфта-2015 наберёт сносную форму (за «Сиксерс» в сезоне-2017/18 он отыграл суммарно всего 25 минут), он попадёт в ротацию, а возможно, даже в стартовую пятёрку. В то время как Мозгов и дальше продолжит наблюдать за происходящим со стороны, получая «мусорное» время в отдельных встречах.

Также по теме


Тревожный звонок для сборной России: чемпион баскетбольной Евролиги не отпустил игроков на матчи отбора ЧМ-2019

Действующий чемпион Евролиги, турецкий «Фенербахче», не отпустил игроков в европейские сборные на стартовые матчи квалификационного…

Реальный интерес со стороны других клубов к россиянину, скорее всего, появится только к лету 2019 года, когда его действующее соглашение перейдёт в разряд истекающих — если, конечно, кто-нибудь внезапно не захочет сбыть с рук ещё более неудачный договор и согласится взвалить на себя долгосрочные обязательства перед Тимофеем.

Инициировать переговоры о досрочном прекращении сотрудничества невыгодно самому Мозгову. «Бруклин» будет вести диалог с позиции силы и заставит его отказаться от значительной части суммы, прописанной в главном контракте его спортивной карьеры. Это слишком серьёзная жертва: таких денег он уже не заработает ни в НБА, ни в России, где его, скорее всего, с радостью приютили бы родные «Химки».

По большому счёту, Мозгову остаётся только терпеливо ждать, ведь повлиять на своё положение в команде он не в силах. Более того, от «Нетс» и не требуется принимать какое-то решение относительно центрового здесь и сейчас — организация не выходит за потолок в текущем сезоне и вряд ли перешагнёт черту в следующем даже при условии заключения нового соглашения с Окафором.

Очень похоже на то, что в ближайшие годы отдушиной для Тимофея будет только сборная России — единственная команда в мире, где на него действительно рассчитывают как на надёжного и квалифицированного баскетболиста. Если, конечно, он не решит разорвать контракт, отказаться от баснословных денег и вернуться в Европу.

Смелый доктор и его добровольный пациент

Джозеф Боген был молодым нейрохирургом, ярким и напористым, и он продвигал идею проводить операции по расщеплению мозга на человеке. Он убедил главу нейрохирургического отделения, Питера Вогеля, провести первые современные операции по расщеплению мозга. Джо был неутомимым интеллектуалом с особым вкусом к жизни и помог взглянуть на проект с ценной медицинской точки зрения. А еще именно он нашел первого подходящего пациента. Я мог бы объяснить, как это вышло, но гораздо лучше об этом расскажет он сам, вспоминая того пациента и те ранние годы. Революционный вклад пациента У. Дж. очевиден с самого начала:

«Я впервые встретил Билла Дженкинса летом 1960 года, когда его привезли в реанимацию в эпилептическом статусе; я в тот момент дежурил в неврологическом отделении. В последующие месяцы мне стали очевидны гетерогенность вкупе с устойчивостью к медикаментозному лечению и тяжестью его многоочаговых припадков. И в клинике, и в госпитале я был свидетелем психомоторных нарушений, внезапных падений тонуса мышц и односторонних подергиваний, а также генерализованных судорог. В конце 1960‑го я написал Мейтленду Болдуину, на тот момент главе нейрохирургического отделения НИЗ (Национальных институтов здравоохранения) в Бетесде, штат Мэриленд. Несколькими месяцами позже Билла перевели в эпилептологический центр НИЗ, где он провел шесть недель. Его отправили домой весной 1961‑го, сказав, что для его случая не существует эффективного метода лечения, ни уже проверенного, ни экспериментального.

Тогда Биллу и его жене Ферн рассказали о результатах работы Ван Вагенена , главным образом с частичным рассечением комиссур мозга. Я высказал предположение, что поможет полное рассечение. Их энтузиазм вдохновил меня обратиться к Филу (моему шефу): у него имелся большой опыт по удалению артериовенозных мальформаций мозолистого тела. Он предложил пять-шесть раз попрактиковаться в морге. К концу лета (в течение которого я снова работал нейрохирургом) мы уверенно овладели техникой операции. В разговорах со Сперри я упирал на то, что это уникальная возможность проверить результаты его экспериментов с кошками и обезьянами на людях и что его направление исследований было крайне важным. Он упомянул, что студент, который вот-вот выпустится из Дартмутского колледжа, провел предыдущее лето в лаборатории и будет рад протестировать человека. Майк Газзанига начал свою аспирантскую работу в сентябре и, как сказал Сперри, жаждал протестировать испытуемого-человека. Мы с ним вскоре подружились и стали вместе планировать экспери-
менты, которые нужно провести до и после операции. Перед ней случилась небольшая задержка, во время которой Билла тестировали в лаборатории Сперри. Во время этой отсрочки у нас также была возможность достаточно полно и подробно зарегистрировать многократные припадки Билла.

Профессиональная карьера

Тимофей Мозгов начал свою профессиональную карьеру в составе клуба «Химки» в 2006 году. В своем дебютном сезоне игрок принял участие всего в 13 матчах национального первенства. Игрок получал слишком мало игровой практики, поэтому основное время проводил в составе дублеров либо резервистов. В сезоне 2007/08 Тимофей начал часто появляться в основе, однако все равно относился к команде «Химки-2». Когда в команду пришел новый тренер – итальянец Серджио Скариоло, Мозгов начал получать регулярную игровую практику в первом составе.

В матче против турецкого «Бешикташа» в рамках еврокубков Мяцей Лямпе (центровой «Химок») получил серьезную травму, в результате которой ему пришлось покинуть поле. Главному тренеру пришлось решать, кого выпустить на поле. Выбор пал на молодого Тимофея Мозгова. За 11 оставшихся минут игры он совершил 8 подборов и набрал 8 очков, удивив всю баскетбольную общественность. В последующие матчи новичок делал дабл-даблы, а в поединке против «Панеллиниоса» записал в свой актив 23 очка, ставшие на тот момент рекордными в его карьере. В конечном итоге Мозгов стал основным центровым «Химок», полностью вытеснив польского баскетболиста Мяцея Лямпе. Мозгов неоднократно получал награды, как самый ценный игрок тура и месяца Еврокубка. По результатам сезона он был признан самым прогрессирующим баскетболистом России.

Вскоре за россиянином стали следить именитые европейские и американские клубы, пытаясь заманить играть его в свой чемпионат. Профессиональный рост Тимофея Мозгова был просто невероятным, причем всего лишь за несколько сезонов. Некоторые эксперты и журналисты сравнивали его с таким легендарными центровыми, как Шакил О’Нил и Билл Рассел.

Наука тогда и сейчас

Тогда, в 1961‑м, жизнь была простой. Или так кажется сейчас. То было время, когда люди уезжали в колледж, усердно учились, поступали в магистратуру или аспирантуру, получали ученую степень, становились постдоками, переходили на оплачиваемую позицию, затем становились профессорами в каком‑нибудь институте. Они проживали жизнь, преследуя свои интересы в интеллектуальной сфере. Сегодня карьерные пути не так четко определены и все больше постдоков уходят в индустрию, просветительскую деятельность, стартапы, зарубежные исследовательские организации и так далее. У многих есть коллеги, приехавшие из‑за рубежа или проведшие там некоторое время. Это все тоже прекрасно, но отличается от прежнего порядка и в социальном смысле более сложно устроено.

В начале 1960‑х некоторые аспекты биологии тоже обманчиво казались простыми. Уотсон и Крик совершили свое прорывное открытие структуры ДНК и ее роли в наследственности. По сегодняшним стандартам молекулярных механизмов, построенная ими модель проста. Гены продуцируют белки, а белки затем выполняют всевозможные функции организма. Раз-два — и вот у вас полный механизм. Он стал известен под названием «центральная догма». Информация перемещалась в одном направлении — от ДНК к белкам, которые затем давали команды организму. Сегодня уже, правда, существуют серьезные расхождения даже по поводу того, что именовать геном, и уж тем более по поводу того, сколько разных взаимодействий существует между молекулами, которые, как считается, составляют звенья некоей причинно-следственной цепи. Чтобы еще усложнить картину, добавим, что информация идет в обоих направлениях: то, что образуется, в свою очередь, влияет на то, как оно образуется. Молекулярные аспекты жизни отражают сложную систему, основанную на петлях обратной связи и множественных взаимодействиях, — в ней нет ничего линейного и простого.

На заре современной науки о мозге обсуждения велись в незатейливых терминах. Нейрон A посылал сигнал нейрону Б, а тот — нейрону В. Информация передавалась по цепочке и каким‑то образом постепенно трансформировалась из ощущений от сенсорных систем в действия, под влиянием внешних подкреплений. Сегодня столь упрощенное описание работы мозга выглядит смешным. Взаимодействия различных сетей мозга так же сложны, как и взаимодействия составляющих их молекул. Построение схемы их работы почти парализующе по своей сложности. Хорошо, что тогда мы этого не осознавали, а то бы никто не отважился взяться за эту работу.

Личные рекорды и отличия

Личные рекорды Тимофея Мозгова, официально перечисленные НБА, следующие:

Личные рекорды Тимофея Мозгова
Тип статистики Регулярный сезон Плей-офф
Записывать Противник Датировано Записывать Противник Датировано
Точки 23 Четыре раза 28 год Голден Стэйт Уорриорз 11 июня 2015 г.
Маркированные корзины 10 @ Голден Стэйт Уорриорз 10 апреля 2014 г. 9 Голден Стэйт Уорриорз 11 июня 2015 г.
Попытки корзин 15 5 раз 16 Голден Стэйт Уорриорз 11 июня 2015 г.
Удачные 3-х очковые корзины 1 7 раз
Попытки забить 3-х очковые корзины 2 7 раз
Удачные штрафные броски 8 @ Милуоки Бакс 20 февраля 2014 г. 10 Голден Стэйт Уорриорз 11 июня 2015 г.
Попытки штрафных бросков 10 Индиана Пэйсерс @ Милуоки Бакс 25 января 2014 г.20 февраля 2014 г. 12 @ Голден Стэйт Уорриорз Голден Стэйт Уорриорз 7 июня 2015 г.11 июня 2015 г.
Подборы в атаке 9 @ Голден Стэйт Уорриорз @ Финикс Санз 10 апреля 2014 г.26 ноября 2014 г. 7 Голден Стэйт Уорриорз 16 июня 2015 г.
Подборы в защите 20 @ Голден Стэйт Уорриорз 10 апреля 2014 г. 9 @ Голден Стэйт Уорриорз 7 июня 2015 г.
Всего подборов 29 @ Голден Стэйт Уорриорз 10 апреля 2014 г. 12 Голден Стэйт Уорриорз 16 июня 2015 г.
Помогает 4 @ Мемфис Гриззлис 25 марта 2015 г. 3 @ Чикаго Буллз 10 мая 2015 года
Перехваты 3 Вашингтон Уизардс @ Финикс Санз 5 ноября 2010 г.26 ноября 2014 г. 1 10 раз
Минусы 5 3 раза 5 Бостон Селтикс 21 апреля 2015 г.
Потерянные пули 4 12 раз 4 3 раза
Минуты сыгранные 49 @ Торонто Рэпторс 8 декабря 2014 г. 39 @ Чикаго Буллз 10 мая 2015 года
  • Дабл-дабл  : 35, в том числе 5 в плей-офф (по состоянию на 18.11.2015)
  • Трипл-дабл  : нет.

Биография: ранняя карьера, семья, рост

Тимофей Мозгов родился 16 июля 1986 года в Ленинграде, СССР (РСФСР). В семье Мозговых все мужчины всегда были крупными и высокими (Тимофей – четвертый сын). Его отец – бывший профессиональный гандболист, когда-то игравший в составе СКА. В четырнадцатилетнем возрасте рост Тимофея Мозгова был уже рекордным в его родословной – парень перевалил за два метра. В школьные годы ему посоветовали начать заниматься баскетболом, что впоследствии он и сделал. С годами он становился крепче и сильнее, и все равно продолжал расти. Все выше и выше. В итоге рост Тимофея Мозгова достиг 2 метра и 16 сантиметров, а вес, в свою очередь, более 120 килограммов.

Больная метафора

Чтобы аргументированно рассуждать о мозге как компьютере, для начала нужно определиться с тем, что мы называем компьютером. Давайте пойдем от противного: от того, чем компьютер не является.

Компьютер — это точно не коробочка под вашим столом, не ноутбук на ваших коленях и не смартфон в ваших руках. Микрочипы, оперативная память и кэш — это лишь элементы компьютера. Если воспринимать его как пластиковую коробку с электронной начинкой, то, конечно, вы смело можете сказать, что мозг — точно не компьютер. Ну хотя бы потому, что серое вещество после вашего выключения не может служить жестким диском, и к вашей памяти ни у кого не будет доступа. Так вот, эту ошибку восприятия компьютера как коробочки с различными функциональными элементами совершают многие противники нашей метафоры.

Так в чем же их ошибка? Дело в том, что сравнение мозга с компьютером — это не про технологии совсем. Сравнение берет начало из формального определения компьютера, которое впервые дал в 1936 году Алан Тьюринг. Для справки: в 1945 году Джон фон Нейман разработал архитектуру современного компьютера. А сами современные компьютеры появились только в 50-х годах прошлого века.

Историки до сих пор спорят о том, что же можно считать первым компьютером. Но сходятся они в одном: до 1936-го компьютеров не было. Размышления Тьюринга по большому счету касались не вычислительных систем, а человека: он изучал способности к решению задач, к вычислениям, к построению логической последовательности. Компьютеру было дано формальное определение еще до того, как он появился.

А что, если мы перевернем метафору и скажем, что компьютер работает как мозг? Вернемся к фон Нейману. Этот ученый, разрабатывая архитектуру компьютера, опирался на гипотетическую модель функционирования мозга Маккаллока и Питтса. Эти два ученых предполагали, что нейроны мозга могут либо посылать электрический «разряд», либо не посылать.

Это умозаключение позволяло предполагать, что группы нейронов действовали согласно формальной логике, что очень полезно для различного рода вычислений. Фон Нейман был прекрасно знаком с Маккаллоком, читал его работы и смог использовать его идею бинарной логики для создания компьютерной архитектуры.

Так что можно сказать, что компьютерные науки опираются на науку о мозге. Что, кстати, вовсе не означает, что мозг и компьютер работают схожим образом. Фон Нейману просто приглянулась простая аналогия работы нейронов, но по факту она не учитывает базовые принципы их функционирования.

Здоровая метафора

Ну так что же мы имеем в виду, когда называем мозг компьютером? Что означает компьютер в этой метафоре? Ответ примерно такой: мы имеем в виду машину, выполняющую алгоритм, то есть универсальную машину Тьюринга.

Итак, согласно этому определению, нам нужно несколько ключевых компонентов.

  1. Вводные данные, записанные в виде символов.
  2. Место для введения этих данных (по мнению Тьюринга, это должен быть огромный рулон бумаги).
  3. Набор инструкций (алгоритм) для перевода вводных данных в выходные данные.

Самое главное здесь, конечно, алгоритм — набор конкретных действий: они должны быть дискретными, то есть обособленными, например «делай А, затем Б, затем С». Действий может быть сколько угодно. К тому же их можно организовывать в цикл, например:

  1. Врезаться со всей дури в стену.
  2. Потереть голову.
  3. Повторить шаг (1).

Можно создавать действиям условия, но они всё равно останутся дискретными: